Приглашаем в Школу Путешествий
МЬЯНМА: Трек "Кало - Пиндая"
МЬЯНМА: Трек "Кало - Пиндая"

Пеший поход по Мьянме — это уникальная возможность как на машине времени попасть ненадолго в прошлое. В мир, где по-прежнему пашут и ездят на волах, где основной инструмент у крестьян — мотыга, где единственный очаг культуры — буддистский монастырь, где пищу готовят на открытом огне, где много ходят пешком не только туристы, но и местные жители, где в каждой пещере есть хотя бы несколько статуй Будды, где жизнь течет также неспешно, как и десятки лет назад. Именно ради этого мы и пойдем по сельским районам южной части штата Шан.
Наше путешествие начинается в городке Кало. Он был основан англичанами как горная станция. Здесь можно было хотя бы на какое-то время спрятаться от удушающей жары долины Иравади.
В окрестностях города проложены открытые для иностранцев туристические маршруты — одно и многодневные. Тропы никак не размечены, никаких указателей нет. Можно было бы спрашивать дорогу у местных жителей. Но никто из них не говорит по-английски, а многие не знают и бирманского языка. Без гида никак не обойтись.
Нашем проводником по сельским районам штата Шан станет Сай Хак.
Поход начинается с короткой поездки на джипе на вершину ближайшего холма.
Южная часть штата Шан — один из крупнейших сельскохозяйственных районов Мьянмы. Здесь прохладнее, чем в долине Иравади. Для риса слишком холодно, но для овощей и фруктов условия идеальные.
Тропа ведет от деревни к деревне, мимо полей, огородов и садов.
Здесь всегда тепло. Фермеры ухитряются собирать по три урожая в год. На одних полях только начинают сеять, а на соседних уже пора убирать урожай.
Народность шан ведет многолетнюю вооруженную борьбу за национальную автономию. Оружие и боеприпасы приобретаются за счет продажи опиума. Бирманское правительство борется одновременно и с сепаратизмом, и с посадками опиумного мака. Но пока безуспешно. Из 100 незаконных вооруженных формирований, действующих на территории Мьянмы, свыше 40 находятся в штате Шан.
Плантации мака расположены в удаленных от проезжих дорог местах и хорошо охраняются. Попасть на них случайно невозможно.
Шаны родственны тайцам по своему языку и культуре. Но они никогда не стремились войти в состав Таиланда, боролись только за независимость.
В самом конце колониального правления, когда у англичан уже земля горела под ногами, они объявили о решении предоставить штату Шан независимость. Однако, правительство независимой Бирмы стало жестко бороться с сепаратизмом национальных окраин. И эта борьба продолжается до сих пор.
Центральное правительство контролирует районы, прилегающие к главным автомобильным и железным дорогам. По ним в случае необходимости можно быстро перебросить войска. Но удаленные от дорог местности остаются неподконтрольными территориями. Поэтому для иностранцев открыты сравнительно маленькие по площади участки штата на севере в районе Сипо и на юге в районе Кало. Но дорога между ними закрыта. Нужно делать огромный трюк через Мандалай.
В штате Шан выращивают большую часть бирманского чая. Больших плантаций здесь нет. Чайные кусты высаживают на маленьких фермерских наделах. Сушат и обрабатывают чайные листья прямо во дворах.
В Мьянму проникает прогресс. Всего несколько лет назад мобильный телефон здесь стоил 2 тысячи долларов и был доступен только крупным чиновникам и бизнесменам. Сейчас мобильники есть уже почти у всех — даже в деревнях. Электричество для их зарядки вырабатывают солнечные батареи. Но пища по-прежнему готовится на открытом огне. Практически на костре, который горит посреди кухни. Нет не только очага, но и трубы. Дым выходит по-черному - через открытые окна и двери.
В Мьянме не уважают фастфуд. Еда готовится медленно и основательно — из сырых, не проходивших предварительную обработку продуктов. Процесс это длительный и требующей квалификации. Поэтому с нами кроме гида идет еще и повар.
Сай Хак — человек спонтанный. Он не ходит два раза по одному и тому же маршруту. У него есть направление — на север, а нужно ли сворачивать направо или налево на каждой конкретной развилке он решает полагаясь на свою интуицию или советы местных жителей. Вот и в этот дом мы попали случайно.
Проходили мимо и гид спросил работавшего в дворе мужика нельзя ли у него в доме приготовить обед, чтобы накормить иностранцев. Оказалось, можно. Продукты повар несет с собой, а за воду, посуду и дрова придется немного заплатить. Хотя, похоже, нас пустили в дом не ради наживы. В глухих деревнях незнакомцы появляются редко. Для местных жителей они как вестники из большого мира. Как для жителей развитых стран люди из телевизора.
В Мьянме нужно настраиваться на неспешный азиатский ритм жизни. Здесь никто никуда не спешит. Обед занимает не меньше двух часов. Не меньше часа тратится на его подготовку, а затем еще и обязательный послеобеденный отдых. Заодно и полуденную жару можно переждать в тени.
Красная земля или краснозём — в Юго-Восточной Азии такая же типичная особенность пейзажа, как чернозем для российских степей. Необычный цвет почвы связан с высоким содержанием оксидов железа и алюминия и низким кремнезема.
Краснозем легко поддается эрозии, а для увеличения урожайности требуется вносить большое количество органических и неорганических удобрений.
Красная земля идеально подходит для выращивания тропических растений.
В конце марта как раз очередной сезон сбора имбиря. Родиной этого многолетнего травянистого растения, корень которого используется в пищу и в качестве лекарства, считается Юго-Восточная Азия. Имбирь сейчас практически не встречается в диком виде.
Первые плантации этого растения появились в Индии и Китае. А в Европу его впервые привез известный путешественник Марко Поло.
В восточной медицине имбирь используется при лечении тошноты, простуды и простатита, а также в качестве вкусовой приправы и косметического средства.
Большая часть населения Мьянмы — буддисты. Ступы и статуи Будды можно встретить повсеместно. Но особой популярностью у местных буддистов пользуются пещеры. Нет буквально ни одного углубления в земле, где не было бы хотя бы самой маленькой статуи Будды. А во многих пещерах созданы полноценные храмы, битком забитые статуями до такой степени, что между ними еле-еле можно протиснуться.
Пещера тянется далеко вглубь горы. Освещения нет. Приходится полагаться только на фонарики. Те, кто приходят сюда помолиться, приносят с собой свечи.
Все пещерные храмы находятся неподалеку от монастыря. Кто-то же должен за ними следить, поддерживать порядок и защищать от мародеров.
В сельской местности в Мьянме уже можно встретить и машины, и мотоциклы. Но в качестве тягловой силы по-прежнему используются буйволы. Эти животные с большой массой тела и огромными рогами выглядят устрашающе, но при этом они очень пугливые.
Местность густо заселенная. Все поля распаханы. Дикие растения можно встретить только в неудобных для возделывания местах — в канавах и оврагах. Но даже здесь наш гид ухитряется найти что-нибудь пригодное в пищу.
Собранный на полях имбирь перед закладкой на хранение обрабатывают — замачивают в воде или слабо концентрированной серной кислоте, а затем сушат.
На ночь наш гид пытался устроиться так же, как и на обед — заходил в дома и спрашивал. В принципе никто не отказывал, но деревня оказалась слишком бедная. Ни в одном доме не нашлось условий для приема сразу пяти иностранцев. Придется идти в монастырь.
В сельской местности монастыри — это не только места, где живут монахи и куда приходят помолиться миряне. Они зачастую являются единственными общественными зданиями — что-то типа школы-интерната, гостиницы и «дома культуры». Здесь останавливаются на ночь случайно забредшие странствующие монахи или путешественники, здесь же проводятся все массовые мероприятия. И не только религиозные, но и светские по своему содержанию.
Если свободных келий нет, то гостей селят прямо в храме. Спать приходится по азиатскому обычаю на полу. И обязательное условие — головой к алтарю. Ступни ног считаются нечистой частью тела и направлять их даже в сторону человека считается неприличным. К статуям же Будды по правилам нельзя даже спиной оборачиваться.
Электричества нет. Пищу готовить приходится в потемках. Свет только от пламени костра и фонариков.
Но прогресс дошел уже и сюда. В монастыре есть свой дизель-генератор. Его включают только по особым случаям. И не на всю ночь, а лишь на несколько часов.
В соответствии со строгими монастырскими правилами буддистские монахи едет только дважды в день — утром и в обед. По вечерам у них вместо ужина групповая молитва и медитация. Это относится и к живущим в монастыре послушникам. Но мирянам ужинать никто не запрещает. И даже прямо в храме.
На свет работающих от генератора уличных фонарей слетелись деревенские девушки. Или для того, чтобы отрепетировать танец, который будут исполнять на очередном храмовом празднике, или просто для того чтобы потанцевать.
Утром начинается суета. Послушники тянутся к колодцу на водные процедуры. Дежурные по кухне моют вчерашнюю посуду и разжигают костер. На нем кипятят воду, которую будут использовать для заваривания чая в течение всего дня. Часть послушников усердно метет храмовую территорию. Поддержание порядка одна из основных обязанностей буддистских монахов и зачастую единственная доступная им по монастырскому уставу трудовая деятельность.
К колодцу тянутся и местные жители. Считается, что вода в нем если и не святая, то очень чистая.
Завтракаем одновременно. Монахи у себя в общежитии, а мы, как и вечером — прямо в храме.
Пора в путь. Гид, как обычно, не может пройти мимо встречающихся по пути деревьев со съедобными плодами.
Тропа ведет по проложенной через поля колее. Места обжитые. Но людей не видно. Только изредка обгоняет запряженная буйволом повозка. Или навстречу попадается моторизованное чудо техники.
Если на полях активности не видно, то в деревнях жизнь кипит. Грузят, копают, строят…
В очередной деревне делаем небольшой привал. И снова в путь по полям.
В марте в северном полушарии еще только начинается весна. Но в тропиках обычно собирают не один, а два-три урожая в год.
Никакой сложной сельскохозяйственной техники нет. Все делается вручную — как и сотни лет назад. И все же поступь прогресса неумолима. Скоро и сюда дойдут широкие асфальтированные автострады, а за ними и остальные технические достижения современной высокотехнологичной цивилизации.
Тем удивительнее наблюдать за тем, как по дорогам шастают запряженные буйволами деревянные арбы. Экологически чистому транспорту не нужен бензин, а нужна забота и ласка. Буйволов нужно холить и лелеять.
Азиатский буйвол — это парнокопытное млекопитающее из семейства полорогих. Взрослые особи достигают длины более 3 метров. Высота в холке доходит до 2 метров, а вес может достигать одной тонны.
Домашний буйвол от встречающихся в дикой природе сородичей отличается более спокойным и даже пугливым нравом.
И на вторую ночь остановились в монастыре. Он и меньше и тише, чем предыдущий. Да и находится в стороне от деревень — на вершине небольшого холма. Но технология та же самая. Спать придется в храме головами в Буддам, а пищу готовить на открытом огне. И дизельный генератор здесь ночью на пару часов включили. Удалось зарядить разряженные за день аккумуляторы фото и видеотехники.
В монастыре живет только несколько монахов. Молодых послушников нет. Всю работу по хозяйству выполняют девушки из соседней деревни.
В буддизме тхеравады нет женских монастырей. Считается, что женщина в этой жизни просветления достичь не сможет. Максимум, на что ей можно надеяться — в следующей жизни родиться мужчиной. Но при некоторых мужских монастырях все же есть небольшие женские отделения. Чаще всего в них принимают девочек-сирот. Они ходят в монашеской одежде, но монашками не считаются. Статус у них скорее как у мальчиков-послушников.
В тропиках все вперемешку. На одном поле собирают урожай, на другом — сеют. Один куст цветет, а соседний уже плодоносит. Тут все смешалось. Тут есть самый обычный подсолнечник, необычная по цвету и форме малина, и совсем уж экзотическая папайя.
Заглянули в маленький бакалейный магазинчик. Хозяева предложили остаться и на обед.
Сай Хак — замечательный гид. Веселый, оптимистичный, энергичный. Он заботиться о том, чтобы найти правильную дорогу, подножный корм и крышу над головой. Но есть у него один недостаток. Он искренне не понимает, зачем останавливаться и тем более сворачивать в сторону ради того, чтобы посетить очередной монастырь или подняться на вершину холма к ступе. Приходится делать это самим, в то время как гид терпеливо ждет нас на дороге.
В марте в Мьянме на полях убирают сою. Тут же ее сушат и провеивают. Солому почему-то не используют на корм скоту, а расточительно сжигают.
Поля, на которых уже собрали урожай подсолнечника, перепахали. Скоро опять начнут что-нибудь сеять.
На асфальтированной дороге уже значительно чаще встречаются механические транспортные средства. Но и здесь запряженные волами повозки отнюдь не редкость.
На третью ночь останавливаемся в сельском доме. Хозяева выдели для иностранцев весь второй этаж.
И здесь пищу готовят на открытом огне. Электричества нет. Как нет ни стиральной машины, ни ванны. Но за чистотой стараются следить. В тропиках это очень важно. Вообще в Мьянме довольно чисто. И в домах, и в туалетах.
Увидев немного в стороне стоящую на вершине высокого холма ступу, мы, конечно, сразу к ней полезли. А рюкзаки оставили на дороге. Гид за ними будет присматривать. Он все равно достопримечательностями не интересуется.
Ступы обычно ставят в самых лучших местах — с прекрасным видом на окрестности.
Тропа проходит мимо чайных плантаций.
В Юго-Восточной Азии широко распространен оригинальный вид малины — малина элиптическая. Она желтого цвета и по вкусу напоминает ежевику.
Мы приближаемся к нашей цели. С вершины холма уже виден поселок Пиндая. Чтобы к нему попасть, нужно спуститься с вершины хребта в лежащую внизу широкую долину.
Пещерный храмовый комплекс Шве У Мин занимает несколько естественных пещер и туннелей, заполненных многочисленными образами Будды.
Существует легенда о том, что однажды гигантский паук захватил семь принцесс и спрятал их в пещере. Храбрый принц Куммабайя убил чудовище стрелой из лука и освободил красавиц.
Сейчас в пещерах насчитывают свыше 8700 статуй. Самые первые из них появились здесь сто лет назад, самые новые — буквально вчера и сегодня. Коллекция гипсовых, тиковых, каменных, покрытых лаком, глазурью и цементным раствором образов продолжает неуклонно расти. Есть тут статуи и с табличками на русском языке.
Здесь всегда много паломников. Они приносят подношения, молятся перед алтарями в крохотных комнатках-кавернах, естественным путем образовавшихся в стенах подземных коридоров.
В глубине пещеры тянется вереница залов со сталактитами, статуями и подсвеченными буддийскими алтарями.
Вверх по склону горы ко входу в главную пещеру ведут каменные ступени нескольких лестниц. По склону можно пройти к другому пещерному залу с 12-метровым позолоченным сидящим Буддой.
Поселок Пиндая находится на противоположном берегу озера. Прямо у кромки воды стоит монастырь Кан Тау с многочисленными ступами и оригинальной статуей лежащего Будды.
Монастырь Зайдиги находится на дальней от озера окраине городка. Здесь обычно никого нет - даже монахи живут за стеной и сюда редко заходят. А между тем монастырь исторический - по крайней мере это утверждается на его табличке.
Назад в Кало мы возвращаемся в кузове попутного пикапа.
Путешествие по Мьянме завершается. А проект «Вокруг света пешком» продолжается. Впереди новые походы по лучшим туристическим тропам мира. И вы также можете к ним присоединиться.

ТУРЦИЯ: Пеший поход по тропе Эвлия Челеби

ИНДОКИТАЙ: Путем древних

Что нужно знать и уметь, чтобы идти в пеший поход?

Непал: Культурный трек долины Катманду

МЬЯНМА: дорога в Мандалай