Приглашаем в Школу Путешествий
Путешественники и туристы
Путешественники и туристы

У Теффи есть рассказ «Путешественник», действие которого происходит в поезде. В вагоне ехали двое: помещик и путешественник. Через два часа совместного путешествия спутники разговорились. Путешественник взялся рассказывать о поездках верхом на верблюдах, о чудесах и достопримечательностях. Но помещика они не впечатлили: «Я вот четыре часа в вагоне, и то в голове стучит! … Вот позавчера мельнику брусом ногу придавило. Все село сбежалось глазеть. А я даже и не подумал пойти. Очень мне нужно. Всего не пересмотришь». Удивительно верно подмечено. Ведь именно праздное - с точки зрения нормальных людей - любопытство и отличает путешественников от домоседов.
Любопытные люди были всегда, но путешественников в древности не было. По самой банальной причине. Поездки даже на небольшие расстояния требовали много времени. Даже представителям эксплуататорских классов нельзя было запросто покидать родной дом, чтобы странствовать годами в свое удовольствие. Вот и приходилось совмещать приятное с полезным. Те, кого мы сейчас назвали бы путешественниками, вступали в армию или ехали за море торговать. Так, например, Одиссей — типичный представитель воинов-удачи; Синбад-мореход — торговец, как венецианский купец Марко Поло или наш Афанасий Никитин.
Массовая тяга к перемене мест — не народов, целиком перемещавшихся с места на место, а одиночек, которых стало так много, что они слились в один мощный поток, проявилась после окончания периода Крестовых походов. Не каждый мог стать солдатом или купцом. Но все европейцы были христианами. После того, как церковь объявила паломничество к святым местам богоугодным делом, сотни тысяч людей сорвались с насиженных мест и отправились в путь. Аналогичная ситуация и в других мировых религиях. В исламе и буддизме также паломничество к святым местам считается делом богоугодным.
Первые праздные путешественники, перемещавшиеся с места на место без очевидной практический или духовной необходимости и не стеснявшиеся открыто заявлять об этом, появились в самом начале XVII века.Жюль Верн в книге «История великих путешествий» отмечал, что «Пьетро делла Валле — первый из плеяды путешественников-туристов, пускавшихся в странствия главным образом из чистого любопытства» - речь идет об итальянском дворянине, который в период с 1614 по 1626 год побывал на Ближнем Востоке, в Багдаде, Персии, Индии. У него были последователи.Но туризм как массовое явление, возник только через два столетия.
Само слово «туризм» пришло во все языки мира из английского, в котором возникло в конце XVIII века. Оно было образовано от французского «tour» и изначально обозначало бесцельное путешествие английских аристократов и их отпрысков по Европе. Уже во второй четверти XIX века стала появляться – тоже сначала в Англии – туристическая литература: «Грамматика туриста», «Оракул путешественника», «Искусство путешествовать», «Как осматривать страну» и т.д.
В этот же период в западноевропейских странах началась Промышленная революция. Технический прогресс затронул все сферы жизни. Особенно он был заметен на транспорте. Появились первые пароходы и железные дороги. Пионерами в этом деле были англичане.
Поезда, предназначенные поначалу только для представителей высшего сословия, стали самым аристократическим видом передвижения — быстро и с комфортом. Начался период «больших путешествий» или «grand tour»- так стали называть длительные путешествия молодого английского аристократа по европейским странам с целью завершения образования, полученного в английском университете,знакомства с людьми других наций, с их нравами и обычаями. Хотя бы для того, чтобы прийти к выводу, который в явном виде сформулировал Лорд Байрон «Я ненавидел свою родину. Все наглые выходки, все нелепости разных народов, среди которых я жил, примирили меня с ней. Даже если бы я не извлек иной пользы из своих странствий, я не пожалел бы на них ни расходов, ни трудов».
По мере развития современных видов транспорта на пароходах появились каюты, а в поездах - вагоны второго и третьего класса рассчитанные уже не на аристократов, а на представителей среднего класса и мелких служащих. Так была создана техническая база для массового туризма.
Первое туристическое агентство открыл английский столяр Томас Кук (1808 -1892), баптист по вероисповеданию и активный участник «Общества трезвости» по призванию. Путешествия он считал лучшей альтернативой пьянству и алкоголизму. В 1841 году Кук организовал массовые поездки туристов на поездах по Великобритании, в 1847 году — на пароходах в Америку, далее — везде.
Оказалось, туризм — это неплохой способ зарабатывать деньги. А как настоящий баптист, Томас Кук умел целиком отдаваться работе. Он создал такую эффективную и отлаженную систему, что агентство «Томас Кук и сын» существует до сих пор. Именно о нем писал Самуил Яковлевич Маршак в стихотворении «Мистер-Твистер»:
Есть за границей контора Кука.
Если вас одолеет скука
И вы захотите увидеть мир —
Остров Таити, Париж и Памир,
— Кук для вас в одну минуту
На корабле приготовит каюту,
Или прикажет подать самолет,
Или верблюда за вами пришлет,
Даст вам комнату в лучшем отеле,
Теплую ванну и завтрак в постели.
Горы и недра, север и юг,
Пальмы и кедры покажет вам Кук.
Развитие мира приводит к его постепенному усложнению. Ни одно социальное явление, однажды появившись, никуда не исчезает. Оно лишь может мимикрировать, менять цвет и форму, но продолжает жить. Поэтому и неудивительно, что сейчас мы можем видеть и солдат-наемников (ни один современный локальный конфликт не обходится без участия добровольцев из дальних стран), и торговцев (челноки — современные наследники Афанасия Никитина и Марко Поло), и паломников (христиане по-прежнему стремятся на Святую Землю, а мусульмане — в Мекку). Но подавляющее большинство - туристы. Их больше, чем солдат, торговцев и паломников вместе взятых. Например, в Турции всех иностранцев называют «турист» и в 99% случаев не ошибаются. Что делать? Мы живем в эпоху туризма. И опять же это связано с развитием экономики и средств транспорта. Оплачиваемые отпуска в Европе и Америке появились сравнительно недавно — в период между двух мировых войн. Но сегодня жители промышленно развитых стран уже считают их чем-то самом собой разумеющимся. А поездки за границу сейчас доступны большему, чем когда-либо числу людей.
Поездки за границу сейчас стали не только развлечением, но и показателем статуса. Как писала Анна Фенько в книге «Люди и деньги»: «Если раньше социальное положение человека определялось в основном характером его труда, то теперь оно все больше и больше определяется характером его досуга — тем, в каких клубах он состоит, в каких ресторанах обедает и на каких курортах проводит отпуск. Обязательные туристические поездки превращаются в один из главных отличительных признаков жизненного стиля нового российского среднего класса».
За 100 с лишним лет для обслуживания туристов сформировалась целая индустрия: отели, рестораны, туристические агентства – все, что нужно для комфорта и удобства. Это, конечно, приятно. Но путешествия, превращенные в туризм, потеряли самое главное – ощущение свободы и непредсказуемости. Поэтому в начале XXI в. стал возрождаться интерес к самостоятельным путешествиям. Сама жизнь изменилась. Не всех привлечешь трех-пятиразовым ресторанным питанием, комфортабельными кроватями в отеле, праздным ничегонеделанием и пассивным лежанием на пляже. Такой отдых идеально подходит для тех, кто предыдущие 11 месяцев стучал молотом по наковальне, перетаскивал мешки с песком или вручную вспахивал поля, питаясь при этом исключительно черным хлебом с водой, а ночуя на соломе в сарае. А что же делать тем, кто, подобно офисным работникам, студентам, научным сотрудникам, врачам и учителям, таких лишений не испытывал? Разве можно удивить их чистой постелью (а на чем же они спят дома?), трехразовым питанием (они и дома-то на диете не сидят!), заранее составленным графиком экскурсий (как будто расписания занятий и графика рабочего дня недостаточно?!).
Для путешественника важнее постоянная смена впечатлений и отсутствие жесткого расписания. Именно в путешествии понимаешь ценность простых вещей. Еда – это необязательно черная икра с лангустами, главное – чтобы было съедобно и сытно; ночевать необязательно в номере люкс на водной кровати – лишь бы крыша бьша над головой, а в хорошую погоду можно спать и под открытым небом; перемещаться тоже можно не только на такси или туристическом автобусе, а на всем, что движется: на самолетах, поездах, автобусах, телегах или слонах. Именно разнообразие дает возможность почувствовать себя по-настоящему живым. Ведь сейчас наша жизнь – сплошная рутина: утром – на работу или учебу, вечером – домой, общение с узким кругом знакомых, пища, как правило, одна и та же… Так проходит целый год, а оглянешься назад, и вспомнить-то нечего – все одно и то же, 12 месяцев пролетают как один день. А каждое новое путешествие – это почти новая жизнь, пусть и короткая, но наполненная таким количеством впечатлений, что с лихвой хватило бы и на 20 лет обычной жизни.
Главное отличие путешественника от туриста — неуемное любопытство. Каждый день он стремится узнать что-то новое. Эта особенность была подмечена еще Жюлем Верном. Главный герой романа «Вокруг света за 80 дней» Филеас Фогг «принадлежал к породе англичан, предоставляющих своим слугам осматривать страны, через которые они проезжают... Он редко показывался на палубе... Он не выходил полюбоваться городами, разбросанными по берегам моря, живописные силуэты которых порою вырисовывались на горизонте». Что же он делал? Понятно что: «Прежде всего он четыре раза на дню принимал пищу, причём ни боковая, ни килевая качка не могла помешать работе его организма — этой превосходно налаженной машины. Затем он играл в вист». Хорошо, это допустим в пути — на пароходе. Там и деться-то некуда. Как в тюрьме — пусть и комфортабельной. Но и на земле он вел себя точно так же: «Что касается достопримечательностей Бомбея — ратуши, прекрасной библиотеки, фортов, доков, хлопкового рынка, базара, мечетей, синагог, армянских церквей, великолепной пагоды Малабар-Хилл, украшенной двумя многоугольными башнями, — то он и не подумал их осмотреть. Не взглянул он ни на чудесные образцы архитектуры в Элефанте, ни на таинственные подземелья в юго-восточной части гавани, ни на пещеры Канхэри на острове Солсетт — эти замечательные останки буддийского зодчества. Нет, он ничем не интересовался! Выйдя из паспортного бюро, Филеас Фогг спокойно прошёл на вокзал и заказал обед. Среди прочих блюд метрдотель счёл нужным порекомендовать посетителю превосходное, как он выразился, фрикасе из «местного кролика». Филеас Фогг последовал совету и добросовестно отведал этого блюда; несмотря на пряный соус, оно показалось ему отвратительным». Как мы видим, не только достопримечательности, но и местная кухня его не интересовали. Словом, вел себя как современный пресыщенный турист. А его слуга Паспарту, наоборот, был путешественником. Он «смотрел на все эти любопытные церемонии, широко раскрыв глаза, словно малый ребёнок. Всё это было для него удивительно; всё поражало его слух и зрение».
Вот и сейчас у туристов считается признаком аристократизма — ругать местную кухню и игнорировать достопримечательности, жаловаться на грубость и необязательность обслуживающего персонала. А путешественники на это внимания не обращают. В мире ведь так много всего интересного.

Бэкпакеры

В западных странах индустрия выездного туризма сформировалась на 50 лет раньше, чем в России. Там же появились и те, кто стал искать альтернативу туризму. Они отказались от услуг отелей, предпочитая ночевать в палатке или под открытым небом, стали общаться с местным населением не через гидов, а лицом к лицу; питаться не в ресторанах, а в обычных столовых; перемещаться не на туристических автобусах, а на самом обычном общественном транспорте.
Если непременная часть экипировки туриста – чемодан, то самостоятельного путешественника нельзя представить без рюкзака. Так появилось новое слово – бэкпакер (англ. backpack – рюкзак). Русского аналога у этого слова нет по самой банальной причине — нет самих бэкпкеров (мне привычнее писать «бэкпакер» - именно так оно звучит по-английски с австралийским акцентом, а я именно в Австралии увидел первых «рюкзачников». Те же, кто услышал про этих путешественников в Англии или США, пишут «бэкпекер» или «бекпекер»). Олеся Новинова в книге «Невероятные приключения русских, или Азиатское притяжение» тоже пришла к выводу, что «в нашей стране термин «бэкпэкерство» и его атрибуты еще как-то не освоились». Она путешествовала по странам Юго-Восточной Азии и сетовала: «Русских бэкпэкеров было крайне мало. Если быть точной, то я не встретила ни одного соотечественника с рюкзаком без предварительной договоренности, случайно за полгода странствия по самому популярному маршруту».
Среди иностранных бэкпакеров можно встретить не только тех, у кого не хватило бы денег на туристическую путевку – студенты, молодежь, свободные художники, хиппи и пенсионеры, но и тех, кто разочаровался в организованном отдыхе и хочет большей остроты впечатлений.
Сейчас, например, в Таиланде около 25 % всех иностранных туристов – бэкпакеры. А в Австралии они дают больше половины доходов от туристической индустрии. Этот парадокс объясняется просто. Богатые туристы, которые останавливаются в дорогих пятизвездочных отелях и питаются бутербродами с черной икрой, проводят на Пятом континенте одну-две недели. А бэкпакеры, хоть и экономят на всем, питаясь обычными гамбургерами, путешествуют по Австралии полгода-год, и за это время они успевают потратить даже больше, чем самые состоятельные туристы. Откуда же они берут столько денег? Все очень просто. Бэкпакеры зарабатывают прямо в процессе своего путешествия. Но – исключительно для того, чтобы там же и потратить все заработанные деньги, поддерживая австралийского товаропроизводителя и способствуя экономическому развитию страны.
Для подавляющего большинства бэкпакеров путешествия – это всего лишь хобби, которому уделяется свободное время – выходные, студенческие каникулы или отпуск. Но для некоторых самостоятельные путешествия становятся главной целью жизни. Они, конечно, не бросают работу совсем, но стараются сделать так, чтобы она не мешала путешествиям. Это может быть любая сезонная работа – летом работать на путине или в садоводстве, а зимой путешествовать по южным странам; хорошо оплачиваемая творческая работа – написал роман или снял фильм – и на некоторое время свободен; либо работа, которой можно заниматься в дороге – например, писать статьи и путеводители.
Первые бэкпакеры экономили буквально на всем. Им был нужен самый дешевый ночлег, пусть и не очень комфортный, и простая бесхитростная еда.
Например, герой романа «Пляж» поселился в номере, который был чуть больше двуспальной кровати: «Я не преувеличиваю, в номере как раз стояла подобная кровать, и между ней и стеной с каждой стороны оставалось не больше тридцати сантиметров свободного пространства. Мой рюкзак едва проскользнул в получившуюся таким образом щель. Одна из стен номера – наружная стенка гостиницы – была из бетона. Другие были из пластика. Они покачивались от малейшего прикосновения. Я подумал, что если опереться об одну из них, то она упадет, возможно, сбив другие, и все внутренние стены номеров тогда обрушатся, как костяшки домино. Стены немного не доходили до потолка, и это пространство занимала металлическая сетка от москитов. Сетка создавала иллюзию уединенности до тех пор, пока я не лег. Как только я расслабился и замер, я стал слышать беготню тараканов в соседних комнатах».
Повзрослевшие и разбогатевшие бэкпакеры, как правило, продолжают путешествовать самостоятельно, но переходят в другую категорию. Их называют флеш-пакеры. Это уже не безденежные студенты, а хорошо оплачиваемые специалисты. Им уже не нужно экономить — время дороже денег. Но они не хотят продавать свою свободу за «все включено».
В конце XX в. бэкпакеров стало так много, что индустрия туризма уже не могла их игнорировать. Стали появляться специальные отели для бэкпакеров, проездные билеты на поезда, агентства автостопа, дешевые закусочные и бары, малобюджетные автобусные и авиакомпании.
Первые бэкпакеры бросали вызов организованному туризму, стремились сойти с наезженной колеи и открыть новые нехоженые тропы. И они-таки это сделали. Но вслед за ними рванули тысячи других - тех, кто предпочитал не изобретать велосипед и не ломиться в открытую дверь, а воспользоваться уже готовыми открытиями. Поэтому и бэкпакеры пошли по наезженной колее. Они читают одни и те же путеводители, останавливаются в одних и тех же гестхаусах и хостелах, питаются в одних и тех же кафе и ресторанах, видят одни и те же достопримечательности.
В самом начале книги Алекса Гарленда «Пляж» американский бэкпакер, которого в снятом по мотивам книги фильме играет Леонардо Ди Каприо, приезжает в Таиланд в поисках экзотики и нетронутого «рая», а видит толпы шумных туристов: «Все вокруг было дерьмо: таиландцы улыбались, как акулы, и беззаботный гедонизм был подчеркнуто беззаботным, чтобы казаться правдоподобным. А главное, мой взгляд повсюду замечал признаки упадка. Дух разложения висел над Хатрином, как над загорающими москиты, привлеченные запахом пота и сладковатого лосьона для загара. Серьезные путешественники уже отправились на следующий в цепочке остров, недозревшие путешественники ломали головы, куда же исчезла отсюда вся настоящая жизнь, а орды туристов – те всегда катятся по наезженной колее».
Считая себя «серьезным» путешественником, он отправляется на поиски неиспорченного уголка природы: «Остров, к которому мы собирались плыть, был широким (в книге он находится в Южно-Китайском море недалеко от острова Самуи). На обоих его концах вздымались высокие пики. Их соединяла примерно вдвое меньшая по высоте горная цепь». Был там и пляж, расположенный в тихой, уютной бухте, закрытой со стороны моря скалами, в которых есть лишь узкий проход.
Правда, пляж этот был уже обитаем. Но исключительно «серьезными» путешественниками. Как говорила одна из героинь книги «Пляж»: «Мы стремимся сюда, чтобы расслабиться на прекрасном пляже, но это не морской курорт, потому что мы пытаемся убраться подальше от всяких морских курортов. Мы пытаемся обрести место, которое никогда не превратится в зону отдыха».
Именно таким местом и был пляж, на котором снимали фильм «Пляж». А что сейчас? С ним произошло то же самое, что и со всеми местами, ставшими вдруг необычайно популярными. Толпы туристов, шум, гам, суета.
Так обычно и происходит. Путешественники и бэкпакеры странствуют по свету в поисках «скрытых сокровищ» - чистых, неиспорченных туристами мест. Иногда им удается найти уголок девственной природы. О нем они рассказывают своим друзьям и знакомым, а те - своим.
Слух постепенно распространяется. Количество людей, приезжающих в доселе никому неизвестное место постоянно растет (с появлением блогов в Интернете этот процесс ускорился). Когда маленький ручеек начинает превращаться в полноводный поток, появляются гостиницы и рестораны — вначале простенькие, а потом все более и более дорогие и солидные. Наконец в дело вступают флагманы туристический индустрии. Так на на карте мира появляется еще один курорт. А бэкпакерам пора отправляться на поиски новых еще никем не открытых мест.
Если развитие туристический индустрии будет идти такими же быстрыми темпами, как сейчас, то когда-нибудь на Земле уже не останется ни одного не освоенного туристами пляжа? И бэкпакеры исчезнут как класс? Однако, пока этого не произошло. И только собственная лень мешает нам открывать что-то новое, доселе неизвестное.
Кармен Майкл в книге «Танго в стране карнавалов» писала: «За долгую карьеру в турбизнесе, наблюдая, как туроператоры безжалостно терзают и перекапывают райской красоты пляжи, как дешевые авиалинии разрушают старомодные европейские деревушки с силой, неизвестной со времен Второй мировой войны, я пришла к выводу, что лучше, пока путешествуешь, на подобные темы не заморачиваться».

Школа путешествий Валерия Шанина

Мир без виз - 13. Монастырь Острог

Как путешествовать

Вокруг света в турпоездку

Вокруг света без виз

Выездной мастер-класс Валерия Шанина «как снимать фильмы о путешествиях»