Приглашаем в Школу Путешествий
Путь чая — 74. Чаепитие как наука
Путь чая — 74. Чаепитие как наука

«Китайские традиции основаны на науке. В частности, китайцы придают огромное значение еде и питью», так утверждают Ши Чжунвэнь и Чэнь Цяошэн в книге «Китайская культура». По мнению этих авторов «научный подход» проявляется и в отношении к чаю: «Китайцы очень тщательно разработали технологию выращивания, сбора, обработки и употребления чая. В частности, очень точно рассчитали, сколько именно нужно воды, для того, чтобы приготовить чашку чая, каким должен быть сосуд для чая, в какой позе нужно сидеть, когда пьешь чай, как именно нужно угощать чаем в полном соответствии с нормами чайного этикета, как и когда пить разные сорта чая».
Самый первый, из дошедших до наших дней трактатов о чае, принадлежит перу китайского ученого Ван Бао (Wang Bao) и датируется 58 г. до н.э. Он первый описывал чай не только как лекарство, но и как утоляющий жажду напиток. В 220 году н.э. врач из провинции Аньхуй - Хуа Туо (Hua Tuo) в своем медицинском трактате «Шин Лунь» Shin Lun») утверждал, что постоянное употребление крепкого чая оказывает благотворное влияние на умственные способности. И все же самым известным из первых трактатов, посвященных чаю и чаепитию, стал «Канон чая» (Ча цзин). Его составил и записал мастер чайной церемонии Лу Юй (733–804), почитаемый в Китае как один из трех богов чая (ча шэнь).

Бог чая - Лу Юй

Времена династии Тан (618 - 907) считаются чуть ли не «золотым веком» китайской истории. Однако, беспорядков, войн и бедствий и в этот период было предостаточно. Во время одного из таких напастей и довелось родится будущему богу (согласно самой распространенной версии, это произошло в 733 году). Кто были его родители и что с ними произошло так и осталось тайной. По легенде, мальчика нашли в плывущей по реке корзине и отдали на воспитание в буддистский монастырь Цзинлин Лунгайсы. Там его и назвали Лу Юй («лу» — лебедь, «юй» - перо — он как упавшее с неба на землю перо явился словно бы из ниоткуда). Он также был известен как Ху Цзянь («Постепенность лебедя»).
В буддистских монастырях не было места для бездельников. Все должны были работать. Вот и мальчика вначале определили пасти быков, а потом перевели на чайную плантацию. Он занимался выращиванием, сбором и приготовлением чая. Приготовленный им чай пришелся по вкусу настоятелю монастыря Чжи Цзину. И он взял мальчика под свою опеку. Однако, сразу же после окончания послушничества и пострижения в монахи в возрасте 12 лет Лу Юй предпочел покинуть монастырь и отправился бродяжничать. Где-то в дороге он случайно прибился к труппе бродячего цирка. Вместе с этим цирком, где он был не только клоуном, но и автором пьес (все же в монастыре научили читать и писать), Лу Юй несколько лет подряд странствовал по дорогам. Однако уже тогда он интересовался чаем, поэтому с интересом заглядывал на все попадавшиеся по пути чайные плантации, пробовал чай. Одновременно и совершенствовал и свое мастерство в заварке чая (вернее, в варке — чай тогда варили как суп, с различными добавками). Когда ему стукнуло 21 год, он случайно познакомился с чиновником Ли Цзи Ву (Li Qi Wu), тоже большим любителем чая. Этот богатый сановник спонсором молодого ученого (есть также версия, что он был воспитателем мальчика еще в его детстве). Они вместе путешествовали по стране, пробовали воду из разных источников, дегустировали разные виды и сорта чая. Кроме того, у молодого ученого появился доступ к обширной губернаторской библиотеке и возможность совершать и свои собственные целевые поездки по чайным плантациям.
Изучением чая Ли Юй занимался на протяжении всей своей жизни. Он стал признанным мастером чая и получил несколько возвышенных титулов. Среди них такие как Цзин Линцзи - «Мудрец с Красного холма», Сан Сюаньвэн - «Старец из Шелковичной рощи», а также Дун Ганцзы - «Мудрец с Восточного холма». Великий знаток чая в 760 году поселился в горах и стал вести отшельническую жизнь. Ему несколько раз предлагали чиновничьи должности, но мудрец отказывался, все свое время посвящая писательской работе. Однако среди всех дошедших до нас трудов самую большую популярность получил «Канон чая» - «Ча Цзин». Эта книга стала настолько популярной, что неоднократно переиздавалась в Китае (самые первые издания не сохранились, до нас дошли только издания эпохи Мин), а затем и в европейских странах. В 2005 году вышел в свет и русский перевод (переводчик Бурба Армандас, редактор Андрей Фещенко).

Канон чая

Как и в любой научной монографии, автор начинает с краткого представления своих предшественников, разрабатывавших тему до него: «чай, используемый как напиток, первым был обнаружен Императором Шэнь Нуном. Среди других великих любителей чая, мы слышали, что в государстве Лю был князьЧжоу, в то время как государство Ч'и имело Иен Иинга. Во времена династии Хань был Янь Сунь и Ссу-Mа Сянь-джу. Во времена Ву, был Вей Яо. Во времена Чин был Лю Ку, а также Чань Тсай, мой дальний предок Лу На и Си' Но это среди других, пришедших случайно на память. Все они пили чай». Уже из этих слов видно, что автор придерживается не даосской и не буддистской, а конфуцианской традиции. И первооткрывателем чая он называет древнего мифологического предка, высоко почитавшегося именно конфуцианцами. Да и среди первых почитателей чая фигурируют исключительно монархи и высокопоставленные чиновники. Не преминул автор сослаться и на свое родство с одним из древних знатоков чая. Что опять же характерно именно для конфуцианцев, с их культом почитания предков. Позднее в тексте иногда проскальзывают и упоминания о даосах, но в целом общий настрой чисто конфуцианский. Все очень строго, точно подсчитано, выверено и запротоколировано.

Что имеет отношение к чаю

Лу Юй подробно и методично описывает все, что имеет или по его мнению может иметь хоть какое-то отношение к чаю. В книге можно узнать про почву: «Чай становится лучшим в почве, которая является немного каменистой, в то время как почва гравиевая и богатая является второй по достоинству. Желтая глина – худшая и кусты, в ней посаженные, там не будут плодоносить». И про время для сбора чая: «Чай собирают во время второго, третьего и четвертого лунных месяцев». И про корзины, которые используют сборщики чая: «Есть несколько видов корзин: одна, называемая Иин, и другая, называемая Лан. Есть также Лун и Чу. Все они сделаны из бамбука». И про самые разнообразные предметы, использовавшиеся в сложной процедуре обработки собранного чая: «Печь и котелдля пропаривания, пестик, чашка, держатель, покрывало, сито, шило (его использовали для проделывания отверстий в прессованном чае, чтобы вставить в него веревку, связывающую несколько брикетов в одну связку), цеп, яма для просушки, тетива (она использовалась, когда пронизывали чай перед просушиванием), навес для просушивания». И даже про упаковку. Чай тогда хранили в связках и в специальных контейнерах (их изобретение приписывают самому Луи Юю). Он подробно описывает все виды известного чая и глубокомысленно заявляет: «О совершенстве чая решает рот».

Вода для чая

Огромное значение Ли Юй придавал и качеству воды: «чай сделанный из воды горных потоков, наилучший, из речной воды хорош, но из колодезной воды худший». По легенде, он сам был способен по вкусу определить из какого именно источника или даже в каком именно месте набирали воду. Но даже самую лучшую воду, по его мнению, обязательно нужно фильтровать: «Люди, которые привязаны к большим лесам или кто отдыхает в уединении отдаленных долин, часто делают свои фильтры из древесины или бамбука. Такое оборудование, однако, быстро изнашивается, и для длительного употребления лучше использовать сырую медь». Лу Юй подробно описывает и три стадии кипения воды: «Когда вода кипит, она должна выглядеть как рыбьи глаза и испускать тихий звук. Когда в краях [котла] она журчит как кипящий [пузырящийся] родник и напоминает нанизанный неисчислимый жемчуг, она достигла второй степени [стадии кипения]. Когда она бьется, как величавый прибой и звучит, как вздымающаяся волна, она достигла вершины [кипения]. Больше воду уже кипятить нельзя и она не должна использоваться». Речь идет не о том, что такая вода совсем ни на что не годится. В ней, например, можно варить. Но не стоит использовать ее именно для чая.

В чаепитии нет мелочей

Лу Юй резко критикует широко распространенный в его время в народе обычай смешивать чай с чем попало: «Иногда такие добавки как лук, имбирь, плоды ююбы, апельсиновая кожица, ягоды кизила или мята варятся вместе с чаем. Такие составные части могут быть просто рассыпаны по поверхности для украшения, или они могут вариться вместе, а пена выливаться. Напитки как этот – не больше, чем помои из желобов и канав; тем не менее, увы, это – всеобщий обычай таким образом делать чай».
Как сейчас бы сказали, Лу Юй был ярким примером перфекциониста. В процессе приготовления и потребления чая по его мнению нет мелочей. На каждом этапе — сбор и последующая обработка чая, разведение огня, выбор подходящей воды и чайной посуды, варка чая и его потребление (важно даже расположение пьющих чай за общим столом) — нужно стремится к совершенству. Только в этом случае чай может доставить истинное наслаждение. Такой подход разделяли и авторы более поздних сочинений. Например, Сюй Цзэшу в книге «Наставление о чае» писал: «Готовя чай приходится обращать внимание на множество разных вещей, одновременно утонченных и утомительных. Не следует пренебрегать ни одной мелочью».
После смерти Лу Юй стал чайным божеством — ча шэнь (или чайным бессмертным — ча сянь). Его изображения часто ставят рядом с чайными инструментами и продают в чайных магазинах наряду с посудой. В чайных перед изображением Лу Юя ставят чашку чая и зажигают благовония.

Путь чая — 73. Чай среди «гор и вод»

Путь чая — 70. Чай — лекарство для души

Путь чая — 16. Шесть сортов китайского чая

Путь чая — 15. Чайная столица Китая

Путь чая — 6. Шанхайский музей