Приглашаем в Школу Путешествий
Путь чая — 83. Весна в Куньмине
Путь чая — 83. Весна в Куньмине

В Лучжоу мы останавливались в гостинице на автовокзале. Оттуда до железнодорожного вокзала всего несколько сотен метров. Вокзал находится в дальнем торце проходящей мимо автовокзала улицы. Поезд в Куньмин пойдет вечером. Поэтому у нас есть есть еще несколько часов на прогулку по городу.
Река делит центр Лучжоу на две примерно одинаковые половины. Первая половина — в районе авто и железнодорожного вокзалов, а вторая — на противоположном берегу. Обе половины связаны пятью мостами. Строится и еще один величественный арочный мост.
Именно там, за мостом сейчас активнее всего и строят. Вдоль берега строятся новые небоскребы, за ними начинается пешеходная торговая улица, которая выводит на центральную площадь с огромным фонтаном и величественным зданием краеведческого музея.
Музей огромный — видимо, для того, чтобы подчеркнуть историческую значимость Лучжоу. Есть в нем и археологические находки и макеты современных мостов — главной гордости наших современников.
За музеем находится парк с мемориальным храмом Люхоуцы посвященным памяти самого знаменитого жителя Лучжоу — писателя и философа Лю Цзунъюана (773 — 819). Он правда не был местным уроженцем, но жил, творил и умер именно в этом городе. В краеведческом музее ему посвящена отдельная экспозиция.
А мемориальный храм был основан еще в 822 году. И судя по тому, что содержат его в очень приличном состоянии, и современные горожане продолжают гордиться своим родством со знаменитым философом.
Лю Цзунъюан (Liu Zongyuan) знаменит на весь Китай. Он входит в число "восьми великих писателей Тан и Сун" (шесть из восьми относятся к периоду Сун, а период Тан, кроме самого Лю Цзунъюана, представляет еще только Хань Юй (768 — 824)).
Интересно, что сам Лю Цзунъюан отнюдь не был рад тому, что стал «земляком» для жителей Лючжоу. Их он называл варварами. И тосковал по оставшимся в дальних краях друзьям. В своем стихотворении «В городе Лючжоу поднимаюсь на башню городской стены и посылаю привет друзьям в области Чжан. Фэнь и Лянь» поэт писал, вернее даже сказать, жаловался:
Охвачен бесконечною тоской,
Стою на башне городской стены,
Раскинулись далеко предо мной чужие земли южной стороны.
Стена плющом укрылась от дождя,
А он все хлещет по листве густой,
Свирепый ветер лотос разметал
В глубоком рву, наполненном водой.
Хочу увидеть вас мои друзья,
Но много гор меж нами залегло...
Тоскует сердце, мечется в груди,
Как горный ключ, придавленный скалой.
Изгнанники, нашли мы свой приют
У южных варваров. Далеко край родной!
Письмо или весть друг другу не пошлем -
Их не получишь все равно!
Однако, постепенно тоска прошла. Оказавшись в Лючжоу не по своей воле, а в ссылке поэт вскоре оценил преимущества жизни вдали от императорского дворца и придворной суеты. В своем более позднем стихотворении «Живу у горного ручья» он уже не жаловался на жизнь, а наслаждался ею. Хотя к местным жителям и продолжал относиться как к варварам, не способным оценить его поэтический талант и философские познания:
«Долго был я служебными путами связан,
к счастью, однако, к южным варварам сослан.
Будучи праздным - полям-огородам сосед,
бываю подобен «гостю лесов и гор».
Пашу по утрам, тревожу траву в росе,
ночами шестом стучу по камням ручья.
Уйдя, возвратившись, не встречу других людей,
я громко пою под яшмой чуских небес».
Жители Лучжоу, в полной мере оценив знаменитого «гостя лесов и гор» создали в его честь не памятник, а целый парк — с искусственными горами, реками, озерами.

Куньмин — город весны

Из Лучжоу в Куньмин мы уехали на ночном поезде. Правда, в сидячем вагоне. Но на этот раз с местами! Второй раз ехать стоя (как это было по пути из Нанкина) не пришлось. Конечно, толком выспаться не удалось. Мы-то сидели. Но и стоящих пассажиров было много. Проход был забит, но по нему все равно туда-сюда сновали торговцы с тележками. Они создавали суету и будоражили начинавших кемарить пассажиров.
Я уже третий раз в Куньмине. Интересно, что и во время двух предыдущих визитов в этот город (в 2000 и 2007 годах) я приезжал сюда именно на поезде. На этот же самый вокзал.
Однако, практически только его и видел. В первый раз мы с друзьями сразу же пошли пешком на юг (в противоположную от центра города сторону), вышли на окраину города и поехали в сторону Лаоса автостопом. Во второй раз мы прошли метров триста до автовокзала и уехали в тот же Лаос уже на ночном автобусе. Но опять же город толком разглядеть не успели. Однако память о нем сохранилась.
Дело в том, что на память от Куньминя у меня остался спальный мешок, купленный именно здесь в маленьком магазинчике спортивно-туристического снаряжения. Мешок, как прекрасно помню, стоил всего 20 долларов. Но оказался удивительно качественным и комфортабельным. Он был рассчитан как раз на самую нужную температуру — до 0 градусов. А так как в последние годы я путешествовал преимущественно по теплым тропическим странам (или в теплое время года по странам умеренного климата), то ни разу в нем не замерз. При этом мешок достаточно легкий и компактный. Много места в рюкзаке не занимает. Поэтому он и прослужил так долго — половину второй кругосветки, всю третью кругосветку и еще с десяток поездок «по мелочи». Да собственно говоря, он и сейчас со мной — получается, что и спальный мешок совершил путешествие вокруг света из Куньминя в Куньмин.
Куньмин известен как «город вечной весны». Во время двух предыдущих визитов я был здесь зимой и, честно говоря, особой «весны» здесь не видел. Было конечно не очень холодно, но общая атмосфера напоминала скорее «бабье лето», чем весну. Но в третий раз я попал в этот город именно весной.
Куньмин — город большой и шумный. В центре его широкие магистрали и высотные дома. Но стоит свернуть немного в сторону от центральных улиц, как сразу же попадаешь в один из многочисленных городских парков или даже в зоопарк. Народа, правда, там много. Местные жители тоже предпочитают проводить большую часть свободного времени не в четырех стенах, а на природе. И сейчас, в разгар весны, парки с аллеями, засаженными самыми разнообразными цветами, смотрятся очень живописно. Цветут в парках не только аллеи, но и пруды — вернее, растущие на этих прудах лотосы.
Старых зданий, даже в старом центре, осталось удивительно мало. Вероятно, раньше никому и в голову не приходило их охранять. Спохватились только в самое последнее время. И сейчас в спешном порядке ремонтируют то, что все же осталось — конечно, не ради эстетического удовольствия, а для привлечения туристов.


Путь чая — 80. Город конфуцианцев

Путь чая — 43. Национальный уезд

Путь чая — 30. Город меди и олова на берегу Янцзы

Путь чая — 11. Старый город Ханчжоу

Мир без виз - 32. Исторический город Сус