Приглашаем в Школу Путешествий
Мир без виз - 135. Доктор Джеймс
Мир без виз - 135. Доктор Джеймс

Два самых крупных фиджийских города Нанди и Сува находятся на противоположных концах острова. Они связаны двумя автомобильными дорогами. По одной из них, проходящей вдоль южного побережья, мы уже проехали. И удивительно быстро.
Назад в Нанди мы решили возвращаться по северной дороге. Как мы вскоре убедились, она не пользуется особой популярностью. Расположенные на ней городки и поселки очень малы. Поэтому и транспорта между ними немного. Значительно чаще мы встречали не машины, а таких же, как и мы, пешеходов, бредущих группами по обочине или прямо по проезжей части от деревни к деревне. Встречались и автобусные остановки. Но ни одного автобуса в тот день мы не видели. Возможно, потому, что было воскресенье?
Коровоу
Две австралийки на арендованном джипе подбросили нас до деревни Коровоу. На ее окраине я с огромным удивлением увидел разворотный круг. И зачем он там? Даже трудно представить, что здесь на одном участке могут встретиться сразу две машины.
Пока мы разглядывали это сложное инженерное сооружение, из стоявшего на пригорке дома вышел мужчина в шортах и приветственно замахал рукой, привлекая наше внимание.
- Привет, - закричал он по-английски, - Заходите на обед!
Так мы познакомились с доктором Джеймсом, который живет с женой, двумя детьми и тещей в служебном жилье — на территории госпиталя. Устроились на веранде — на ней прохладнее, чем в доме. Жена доктора постелила на циновку скатерть и стала выставлять на нее вареный батат (его называют сладким картофелем, но вообще-то это тропическая лиана, с точки зрения ботаники не родственная картофелю), жареную рыбу, вареные макароны, кувшин с лимонадом домашнего приготовления. А доктор в это время продолжал с нами разговаривать.
- Лечу от желтухи и поноса, вплавляю вывихи и вскрываю нарывы, удаляю аппендицит и больные зубы... Здесь у нас деревня. Врачей-специалистов нет. Приходится быть универсалом. Зарплата у меня маленькая. Народ тоже не барстсвует. Но больные стараются хоть как-то отблагодарить. Несут, кто что может: молоко, картошку, мясо, овощи — или рыбу, - он показал на жареную форель, которую его жена только что поставила на стол.
На веранде собралась вся семья. Сам доктор Джеймс, его жена, двухлетний сын, служанка, которую представили как дальнюю родственницу из деревни, и наконец, с пластиковой коробкой, в которой был кекс с кусочками ананаса — нам на десерт, вышла теща.
Сразу было видно, что эта высокая и плотно сбитая женщина всю семью держит в «ежовых рукавицах». Даже доктор Джеймс в ее присутствии не мог вставить ни слова. Впрочем, и нам бы этого не удалось сделать.
Теща доктора Джеймса была уже на пенсии, но всю жизнь проработала учительницей в школе. Оттуда, наверное, и привычка не к диалогу, а к монологу. Узнав, что мы из России, она ударилась в воспоминания.
- Когда я была ребенком, меня вашей страной пугали: придут русские и всех поубивают. Сейчас, конечно уже не так, - продолжила она более миролюбиво, - Россия, по-моему уже стала более цивилизованной страной.
Все же удивительно, что даже во второй половине XXвека у людей были самые превратные представления о жителях других стран. Впрочем, и сейчас многие уверены, что где-нибудь в Афганистане, Сомали или Ираке живут не такие же, как и они, люди, а чуть ли не исчадия ада.
Бывшая учительница не стала продолжать разговор о политике. Она перешла к теме, на которую могла, видимо, рассуждать бесконечно.
- Мы все — человеческие существа. У нас есть тело, у нас есть душа, и в нас есть святой дух. Иисус Христос в Библии обещал, что он вернется на Землю и возьмет с собой на Небо только тех, кто верил ему всей душой. Он придет забрать своих людей. Людей, которые готовились, которые верили в его возвращение. Я искренне верю в его скорый приход. И всю жизнь — неизвестно сколько у меня ее еще осталось — я буду распространять слово божье. Мы все должны быть готовы. Мы должны очистить наши души от всякой скверны...
Вероятно, Джеймс слышал эти рассуждения неоднократно, потому что он вскоре прервал лекцию, сообщив, что скоро из госпиталя в сторону Раки-Раки пойдет карета «Скорой помощи», на которой нас смогут немного подвезти.Предложение было, как нельзя, кстати. Ведь мы провели за обедом и разговором больше часа. И за это время на дороге, которую было прекрасно видно с веранды, не появилось ни одной машины.
На «Скорой помощи» нас провезли всего на двадцать километров до какой-то микроскопической деревушки. Дальше нам пришлось опять идти пешком.
Впрочем, было грех жаловаться. Дорога плавно петляла мимо зеленых лугов, рек и речушек, пересекала деревни и поселки. Местные жители неизменно приветствовали нас возгласами «Була!», предлагали отдохнуть, попить холодной воды (жаль, чай здесь не в ходу), пообщаться. Причем все, пусть и в разной степени, говорили по-английски.
Расстояния от деревни до деревни были небольшие — от 2 до 5 километров. Дорожных указателей я не видел. Но не мог не обратить внимание на межевые знаки, установленные на границах между деревенскими общинами. Они представляли из себя деревянный столб на вершине которого было установлено что-то отдаленно напоминающее вырезанные из досок два пальмовых листа.
Уже в сумерках мы вошли в деревню, название которой прочитали на табличке у входа — Роковуака. И сразу же столкнулись с мужчиной плотного телосложения в темно-синих брюках и голубой рубашке с длинными рукавами.
- Я приглашаю вас остановиться на ночь в нашей деревне.
Как вскоре стало понятно, это было отнюдь не фигуральное выражение. Джозеф, так звали гостеприимного мужчину, действительно приглашал нас не в в свой отдельный дом, а в деревню. Он сам же и взял на себя роль проводника.
Первым делом Джозеф представил нас старейшине, который олицетворял в своем лице местную администрацию. Затем по очереди познакомил со всеми жителями. Их было человек сорок. О том, что все они христиане, можно было понять по тому, что среди представленных нам людей были сплошь Джоны, Джеймсы, Марки, Анны. Мужчины здоровались за руку, женщины прятались за спины мужей или родителей. С детьми, которые крутились под ногами у взрослых, нас знакомить не стали.
Практически все жители собрались на центральную площадь. Это была заросшая травой лужайка, со всех сторон окруженная сколоченными из некрашеных деревянных досок одноэтажными домами, установленными на короткие деревянные сваи. Крыши были из проржавевших листов гофрированного железа, оконные рамы не содержали даже намеков на стекла. И главное — там не было никаких проводов.
В деревне не было электричества. Совсем. Поэтому и жизнь здесь текла так же неторопливо, как и в добрые старые времена.
Джозеф «по секрету» сообщил мне, что мы нарушили традицию, явившись без подарков. Он же и объяснил, как можно исправить ситуацию.
- Зайдите в деревенский магазин. Купите там пачку сигарет для вождя и несколько леденцов для детворы.
Вероятно, дети услышали вторую часть фразы, поэтому все увязались за нами в магазин.
Магазин представлял из себя обычный деревянный одноэтажный дом на противоположной от центра стороне дороги. В его торцевой части было проделано окошко, через которое и шла торговля. Ассортимент очень скромный: соль, спички, соевое масло, мука, консервы. Спиртного не было совсем, но сигареты нашлись. Из сладкого - только леденцы на палочке.


Мир без виз - 130. Була!

Мир без виз - 100. Пещеры Ниах

Мир без виз - 94. Рисовые террасы в Банауэ и Батаде

Путь чая — 66. Знаменитые рисовые террасы

Центральная Америка - 17. Едзна